Пока не нагрянет любовь  - Ирина Ирсс

Несс неожиданно оказалась рядом.

– Что это было? – спросила я, вспомнив, как Несс отозвалась о моем состоянии. – Между мной и Егором?

Сейчас, когда некая потерянность окончательно развеялась, и я сочла данное явление довольно омерзительным.

– Ты про слюнопускание? – покосилась она на меня.

Я кивнула в ответ. Несс подошла к кровати и сразу же села на нее, сложив ноги в позу по-турецки. Улыбнувшись, она постучала по кровати, предлагая сесть рядом. Именно так я и сделала. В глазах девушки играл нетерпеливый огонек, и я подумала, как же, наверное, ей не хватало общения. В прочем, как и мне.

– Я не могу точно ответить тебе, что именно это такое, но Альфы очень часто испытывают подобное при встрече. Не все и не всегда. Например, у меня с Егором этого не возникло. А вот с другими было.

– Постой, с этим Егором? – переспросила я, показывая в сторону окна.

Несс снова кивнула.

– Мне почти двадцать, и за два года моя мама пригласила сюда много парней. И Егора в том числе, но благо, мы оба сразу же пришли к обоюдному мнению, что ничего не получится. Что очень огорчило маму, – начала говорить Несс, но так безучастно, словно ее вообще это не трогало.

– Твою маму? – решила уточнить я, о ком именно идет речь.

Несс легко ухмыльнулась.

– София.

От такой ошеломляющей новости мой рот сложился в ровную букву «О». Несс кивнула, как бы понимая, чему я так удивлялась. Просто я бы никогда не подумала, что у этой женщины может быть дочь. Да еще и такая милая и светлая Несс, которая, казалось, излучает ангельскую доброту. Я поспешила вернуть свои губы в нормальное состояние, но со своим взглядом сделать ничего не могла. Мои глаза совершено не слушались, всматриваясь в лицо Несс в попытке найти хоть одно сходство с Софией.

– Моя мать приверженца тех, кто выступает за чистую линию, – снова заговорила она, выводя меня из мыслей.

Я озадаченно нахмурилась.

– Как это понять?

Несс немного помедлила с ответом, пробегая взглядом по потолку.

– Понимаешь, сейчас наш народ разбросан практически по всему свету. Но делится на определенные границы. Моя семья Вальховских или, точнее, один человек из нее, всегда занимал место в совете. Они вроде как старше всех. Самые мудрые и тому прочее, – она закатила глаза. – Вот моя мама и другие за всем следят. Посвящают таких, как ты, совсем не знающих о своем происхождении. А еще они любят частенько перед друг другом красоваться. Совет самый главный и состоит из одних Альф.

Ну, я, возможно, ничего и не знала, но почему-то у меня не было в этом сомнений, только исходя из слов Алека.

– А как понимать за чистую линию?

– Они настаивают на ней. Помогают подобрать пару и искоренить в самом начале такие случаи, как, например, я и Дамьян.

Несс довольно улыбнулась, и мне показалось, что в этом есть еще что-то, кроме приятного факта об их отношениях. И хоть мне становилось не по себе от мысли, что их пара в какой-то степени обречена, я улыбнулась ей в ответ. Уверена, любовь стоила этого.

Я откинула все ее слова о совете и чистой линии подальше. Как бы мне ни хотелось узнать больше, тошнотворное ощущение не покидало меня от раздумий, что теперь это и моя жизнь.

– Как вы справляетесь с Дамьяном? – а вот как обстоит такая жизнь мне не терпелось узнать.

Несс пожала плечами и потянулась к тумбочке, взять резинку для волос.

– Не так уж сложно, – ответила она, начав теребить резинку пальцами. – Мне без разницы на то, что говорят. Возможно, какое-то время мы оба сопротивлялись чувствам, но в один момент просто сдались. Я люблю его, а теперь, когда и вовсе перестала ощущать связь с другими Альфами, поняла, что мой выбор правильный.

С явно выраженным сочувствием я неотрывно смотрела на Несс, и, когда она это заметила, улыбнулась.

– Ох, перестань! Я счастлива, – поспешила заверить она. – Да, это выглядит с одной стороны ужасно. Но мне абсолютно все равно на секс и все прочее. Зачем? Главное, мы вместе.

– Это правда главное, – согласилась я, тяжело выдохнув.

Наверное, я хотела ее понимать. Вернее, я понимала, что нет ничего важнее внутренней гармонии, просто от того, что человек рядом. Я сама всю жизнь прожила одной мечтой найти вот такие отношения, где нет ничего дороже, кроме присутствия любимого. Неважно, что вы будете разделять: постель или просто обеденный стол, или даже лавочку в парке. Важно, что одно на двоих, и при этом довольствоваться и наслаждаться тем, что просто имеешь этого человека рядом; тем, что можешь взять его за руку, заглянуть в глаза и отдать свою душу зная, что он не раздавит ее в первый же удобный момент.

Я вновь улыбнулась ей, пусть с легкой печалью, но искренне порадовалась за Несс, если она на самом деле испытывает все это.

– Ты сказала, связь пройдет? – вспомнила я, понимая, что нужно сменить тему.

– О, да! – оживилась Несс. – С каждым разом связь ослабевает. Она предназначена, чтобы успели зародиться отношения. По крайней мере, так думает большинство. Никто не знает истинную причину этого феномена.

Возможно, я не особо хотела говорить сейчас о себе, но не могла сдержать любопытства.

– Но вдруг у нас с Егором что-то получится?

Несс нахмурилась.

– Я думала, вы с Алеком целовались, и пусть я слышала различные версии, но…

Внутри что-то обожгло, и я даже вздрогнула от этого жгучего волнения, заставляющего сердце стучать со сверхнереальной скоростью. Я поспешила ее перебить:

– Нет. Это все не по-настоящему, – начала говорить я, чтобы поскорее опровергнуть предположение. – Вы оба тоже притворялись парой.

Несс выставила руку.

– Постой. С Алеком я никогда не целовалась, – она наморщила нос. – Он мне как старший брат, но не более. Мы просто притворялись. Да и я не против была бы и дальше продолжать, так как к нашей паре все привыкли. С Дамьяном все равно мы не сможем быть открытыми. Это будет просто странным после всего. Но Алек сам все прекратил после того, как узнал о нас. Он с нами разговаривать-то начал совсем недавно.

– Он обиделся? – спросила я, пропуская смешок и удивляясь ранимости Алека.

Но через секунду поняла, что стоило оставить смешок при себе. На светлое лицо Несс пробрались мрачные тени.

– Алек не бесчувственный, каким хочет казаться, – что-то в ее голосе отягощало слова, отчего мне хотелось ощущать вину в удвоенном размере. – Он просто не хочет потерять брата, как потерял всех. Обычно такие отношения, как наши с Дамьяном, всегда приводят к одному. Сначала Альфа сходит с ума, затем, не выдержав, всего просто умирает. Понимаешь, их, Омег, каким-то странным образом тянет к нам, вроде того, как ты сейчас чувствовала с Егором, только они не умеют этого контролировать, и оно у них не проходит. Поэтому в основном исход один: и Альфа, и Омега умирают.